Крестьянская война
Насмерть перепуганные разгорающейся крестьянской войной, неаполитанские помещики и буржуа торопили присоединение Южной Италии к Пьемонту. Они вели тайные переговоры с Кавуром и отправляли Виктору Эммануилу петиции, в которых умоляли его «восстановить порядок в государстве». Подписи под такими петициями собирались, по свидетельству Крис-пи, в провинциях и в Неаполе, на улицах и в кафе. В самом гарибальдийском правительстве все явственней сказывались происки и влияние антигарибальдийских, кавуристских элементов.
Вот в такое трудное для Гарибальди время и кинул на стол свою козырную карту граф Кавур. Еще в августе, видя, что восстание в Неаполе поднять не удается, он задумался, как хотя бы помешать Гарибальди пойти на Рим и тем «приблизить революцию к границам Пьемонта».
Не сумев опередить Гарибальди в Неаполе,— писал Кавур Нигре,— мы должны остановить его в Умбрии и Марке (Папская область). Там вспыхнет восстание, и мы «во имя порядка и человечности» немедленно введем туда свои войска.
Ла Фарине было поручено спешно «готовить революцию» в Умбрии и Марке (она свелась на деле к нескольким небольшим разрозненным восстаниям), и 11 сентября пьемонтское войско с Виктором Эммануилом во главе вторглось в Папскую область и, обходя
Рим, все еще оккупированный французами, двинулось на юг. Теперь многое зависело от Гарибальди. Он не мог осуществить планы дальнейших походов, не сохранив власть в Южной Италии. Но он мог удержать власть па Юге, лишь вступив в прямую борьбу с пьемонтской монархией и всей массой северной и южной буржуазии и обуржуазившегося дворянства, которые стояли за ее спиной. И это — не говоря уже о группировавшихся вокруг Бурбонов силах феодальной реакции.
